- 385 -
Когда я начал марать стихи в 1828 году, я как бы по инстинкту
переписывал и прибирал их, они еще теперь у меня.
Ныне я прочел в жизни Байрона, что он делал то же — это сходство меня поразило!10 <2>
Музыка моего сердца была совсем расстроена нынче. Ни
одного звука не мог я извлечь из скрыпки, из фортепьяно, чтоб
они не возмутили моего слуха.<3.> Записка 1830 года, 8 июля. Ночь
15 Кто мне поверит, что я знал уже любовь, имея 10 лет отроду?
Мы были большим семейством на водах Кавказских: бабушка,
тетушки, кузины. — К моим кузинам приходила одна
дама с дочерью, девочкой лет 9. Я ее видел там. Я не помню,
хороша собою была она или нет. Но ее образ и теперь еще хранится
20 в голове моей; он мне любезен, сам не знаю почему. —
Один раз, я помню, я вбежал в комнату: она была тут и играла
с кузиною в куклы: мое сердце затрепетало, ноги подкосились. —
Я тогда ни об чем еще не имел понятия, тем не менее это была
страсть, сильная, хотя ребяческая: эта была истинная любовь:
25 с тех пор я еще не любил так. О! сия минута первого беспокойства
страстей до могилы будет терзать мой ум! — И так рано!..
Надо мной смеялись и дразнили, ибо примечали волнение в лице.
Я плакал потихоньку без причины, желал ее видеть; а когда она
приходила, я не хотел или стыдился войти в комнату. — Я не хотел
30 говорить об ней и убегал, слыша ее названье (теперь я забыл
его), как бы страшась, чтоб биение сердца и дрожащий
голос не объяснил другим тайну, непонятную для меня самого. —
Я не знаю, кто была она, откуда, и поныне, мне неловко как-то
- 386 -
спросить об этом: может быть, спросят и меня, как я помню,
когда они позабыли; или тогда эти люди, внимая мой рассказ,
подумают, что я брежу; не поверят ее существованью — это
было бы мне больно!.. Белокурые волосы, голубые глаза,
5 быстрые, непринужденность — нет; с тех пор я ничего подобного
не видал, или это мне кажется, потому что я никогда так не любил,
как в тот раз. Горы кавказские для меня священны...
И так рано! в 10 лет... о эта загадка, этот потерянный рай до
могилы будут терзать мой ум!.. иногда мне странно, и я готов
10 смеяться над этой страстию! — но чаще плакать.*Когда я был трех лет, то была песня, от которой я плакал:
ее не могу теперь вспомнить, но уверен, что если б услыхал ее,
она бы произвела прежнее действие. Ее певала мне покойная
15 мать.Я помню один сон; когда я был еще 8-ми лет, он сильно подействовал
на мою душу. В те же лета я один раз ехал в грозу,
куда-то; и помню облако, которое небольшое, как бы оторванный
20 клочок черного плаща, быстро неслось по небу: это так живо передо
мною, как будто вижу.Когда я еще мал был, я любил смотреть на луну, на разновидные
облака, которые в виде рыцарей с шлемами теснились
будто вокруг нее; будто рыцари, сопровождающие Армиду в ее
25 замок, полные ревности и беспокойства.Я однажды (3 года назад) украл у одной девушки, которой
было 17 лет, и потому безнадежно любимой мною, бисерный синий
снурок; он и теперь у меня хранится.
- 387 -
Кто хочет узнать имя девушки, пускай спросит у двоюродной
сестры моей. — Как я был глуп!..Наша литература так бедна, что я из нее ничего не могу
5 заимствовать; в 15 же лет ум не так быстро принимает впечатления,
как в детстве; но тогда я почти ничего не читал. — Однако
же, если захочу вдаться в поэзию народную, то, верно,
нигде больше не буду ее искать, как в русских песнях. — Как
жалко, что у меня была мамушкой немка, а не русская — я не
10 слыхал сказок народных; — в них, верно, больше поэзии, чем во
всей французской словесности.(про дерево, где я сидел с А. С.)
Схороните меня под этим сухим деревом, чтобы два образа
15 смерти предстояли глазам вашим; я любил под ним и слышал
волшебное слово: «люблю», которое потрясло судорожным движением
каждую жилу моего сердца: в то время это дерево, еще
цветущее, при свежем ветре, покачало головою и шопотом молвило:
«безумец, что ты делаешь?» — Время постигло мрачного
20 свидетеля радостей человеческих прежде меня. Я не плакал, ибо
слезы есть принадлежность тех, у которых есть надежды; — но
тогда же взял бумагу и сделал следующее завещание: «Похороните
мои кости под этой сухою яблоней; положите камень; —
и — пускай на нем ничего не будет написано, если одного имени
25 моего не довольно будет доставить ему бессмертие!»Еще сходство в жизни моей с лордом Байроном. Его матери
в Шотландии предсказала старуха, что он будет великий человек
и будет два раза женат; про меня на Кавказе предсказала
30 то же самое старуха моей Бабушке. Дай бог, чтоб и надо мной
сбылось; хотя б я был так же несчастлив, как Байрон.
- 388 -
Я читаю Новую Элоизу. Признаюсь, я ожидал больше гения,
больше познания природы, и истины. — Ума слишком
много; идеалы — что в них? — они прекрасны, чудесны; но
5 несчастные софизмы, одетые блестящими выражениями, не мешают
видеть, что они всё идеалы. — Вертер лучше; там человек
— более человек. У Жан-Жака, даже пороки не таковы,
какие они есть. — У него герои насильно хотят уверить читателя
в своем великодушии, — но красноречие удивительное. И после
10 всего я скажу, что хорошо, что у Руссо, а не у другого, родилась
мысль написать Новую Элоизу.<11.> 2-го декабря: св. Варвары. Вечером, возвратясь
Вчера еще я дивился продолжительности моего счастья!
Кто бы подумал, взглянув на нее, что она может быть причиною
15 страданья?Ахвердов<а> — на Кирочной. Г<рафиня> Завадовск<ая>.
Лео<нид> Голицы<н> в доме Ростовцова. Понед<ельник> Смир<нова>.
Втор<ник> Ростоп<чина>. Веч<ером>: Лаваль именины.20 <13>
Суб<б>оту обе<д> у Дегая.
19-го мая — буря.
25 Семен Осипович Жигимонд
в Костенецком пере<улке> дом Нащокина <Кн.><?>
Голи<цын><?>