- 245 -

МЕЧ — наиболее распростр. боевое оружие ближнего боя. На территории Руси М. находят в слоях, относящихся к IX и последующим векам. Археологами выявлено 75 М. втор. пол. XI—XIII вв., при этом в большинстве своем они «очевидно „были обронены“ на „дорогах войны“, полях сражений, речных переправах» (Кирпичников. С. 49), мн. М. найдены в разруш. войной городах, изредка — в христ. погребениях. М. XII в. имели длину от 86 до 120 см и вес обычно от 1 до 2 кг (Там же. С. 52). Как и в более ранний период, М. — оружие дружинников и знати, тогда как простые воины были вооружены копьями и топорами. М. на Руси в древнейшую эпоху имели в большинстве своем зап. (каролингское) происхождение, но уже начиная с 1000 известно (по археол. данным) и местное изготовление мечей.

- 246 -

В С. М. упоминается как в своем прямом значении: «гремлеши о шеломы мечи харалужными» (С. 13), «позвони своими острыми мечи о шеломы литовскія» и сам «притрепанъ литовскыми мечи» (С. 33—34), «вонзите свои мечи вережени» (С. 34), — так и в метафорич. оборотах: «Олегъ мечемъ крамолу коваше и стрѣлы по земли сѣяше» (С. 15), Святослав устрашил половцев «своими сильными плъкы и харалужными мечи» (С. 21), Игорь и Всеволод начали Половецкую землю «мечи цвѣлити» (С. 26), «подъ тыи мечи харалужныи» (С. 32). Такие обороты естественны для древнерус. словоупотребления, так как с М. «в древнерусской жизни был связан целый круг понятий», как указывал Д. С. Лихачев (Устные истоки. С. 77): М. был «символом войны, и эмблемой княжеской власти. Вот почему все образы „Слова“, связанные с мечом, полны сложного и глубокого значения, объясняемого многозначностью, смысловой насыщенностью слова „меч“» (Там же). Лихачев, напоминая об употреблении в Древней Руси речевых формул «ковать ложь», «ковать лесть», так объясняет выражение С. — «Олегъ мечемъ крамолу коваше»: «...автор... конкретизирует это выражение тем, что вводит в него понятие меча, которым Олег кует „ложь“, „лесть“ — „крамолу“. В этом гениальном образе ковки крамолы мечом воплотилось то же противопоставление мирного труда войне, что и в обычном для „Слова“ образе битвы-жатвы» (Там же. С. 70). Примеры различных образных и переносных употреблений слова М. см.: Виноградова. Словарь. Л., 1969. Вып. 3. С. 92—93.

Много споров вызвал эпитет М. — «харалужный» (см. Харалуг). В поисках значения этого термина исследовался и материал, из которого изготовлялись мечи, и технология их изготовления. Значение термина «харалужный» искали в трех различных направлениях: как указание на материал или технологию изготовления, как указание на происхождение М. («харалужный» — «каролингский») и, наконец, понимали этот термин как метафорич., отражающий внешний вид оружия или его функцию.

Лит.: Ленц Э. Булат // Сб. гос. Эрмитажа. Пб., 1923. Вып. 2. С. 73—82; Арендт В. В. К вопросу о мечах харалужных «Слова о полку Игореве» // Сб. статей к 40-летию учен. деятельности акад. А. С. Орлова. Л., 1934. С. 335—342; Арциховский А. В. Русское оружие X—XIII вв. // Докл. и сообщ. ист. ф-та МГУ. М., 1946. Вып. 4. С. 3—10; Колчин Б. А. Черная металлургия и металлообработка в древней Руси: (домонгольский период) // Материалы и исследования по археологии СССР. М., 1953. С. 49—50; Лихачев. Устные истоки. С. 66—71 (то же: Лихачев. «Слово» и культура. С. 200—202); Кирпичников А. Н. Древнерусское оружие. М.; Л., 1966. Вып. 2. С. 49—60.

О. В. Творогов