- 215 -

ЗАЧИН В «СЛОВЕ». Спорными проблемами в исслед. лит-ре по С. являются границы З., толкование двух первых фраз, характеристика творчества Бояна и, наконец, понимание смысла З. в целом.

Большинство исследователей считает, что автор С. рассуждает в З. о содержании и (или) худ. форме своего произведения. В. Г. Смолицкий, высказав мнение, что в З. говорится не о произведении в целом, а о его начале, далее приходит к выводу, что «свое отличие от Бояна автор „Слова“ видит в конечном счете в различии прежде всего своей тематики», т. е. признает, что речь идет о произведении в целом (Вступление... С. 16).

Считается общепринятым и то, что свое эстетич. кредо автор выражает путем противопоставления своего произведения песням Бояна. Автор С. собирается петь «по былинам сего времени, а не по замышленію Бояню». Былины — это исторически достоверные, правдивые описания событий; слово же «замышление» понимается исследователями по-разному (см. об этом: Соколова Л. В. Зачин в «Слове...». С. 65—71), а в связи с этим по-разному понимается и смысл противопоставления. Вс. Миллер, И. Новиков, Д. С. Лихачев, Р. Пиккио, Г. Карпунин и др. исследователи, понимавшие под «замышлением» буйную фантазию Бояна, вольное обращение с ист. фактами, считают, что автор противопоставляет методу Бояна свой метод, свой принцип изображения действительности. Пиккио при этом показывает, что способ определения собств. метода повествования как исторического (основанного на прямых и не поздних источниках), а не поэтического (т. е. не фантастического), типичен, напр., для средневековой традиции, связанной с легендой о Трое, и что в средние века противопоставление «правдивых рассказов» (ср. «былины») и «вымысла» (ср. «замышление») стало концептуальным топосом.

Сходную точку зрения на смысл З. высказывают исследователи, по мнению которых автор С. отказывается петь в духе хвалебной

- 216 -

поэзии Бояна, отстаивает свое право не только воспевать князей, но и осуждать их деяния, петь не только о победах, но и о поражениях (В. А. Келтуяла, Смолицкий, А. А. Косоруков и др.).

Г. Н. Поспелов и Н. К. Гудзий полагали, что автор С. противопоставляет свое произведение песням Бояна в жанровом отношении, собираясь повествовать по образцу воинских повестей (Гудзий) или уст. воинских сказаний, героич. саг (Поспелов).

А. А. Потебня понимал различие между песнями Бояна и автора С. как различие между поэтич. и прозаич. формой.

А. С. Пушкин видел в З. отказ автора повествовать тем же стилем, что и Боян, и объяснял это тем, что стихотворцы никогда не любили упрека в подражании. Стиль Бояна исследователи характеризуют по-разному. Одни считают, что он «изъяснял мысли свои возвышенно» (первые издатели), говорят о его «превыспренней манере», «бравурном» характере его песен (Лихачев), о том, что он был «романтик, растекавшийся „мыслию по древу“» (Н. И. Сутт) и т. п. Д. М. Шарыпкин, напротив, утверждал, что, как и в песнях скальдов, «в Бояновых песнях, обращенных к князьям, не было порывов романтической фантазии, философской глубины или лиризма. Содержание этих песен... скудно и трафаретно, окаменело-схематично и стереотипно» (Боян... С. 21).

Соколова считает, что в З. противопоставлены две поэтич. школы. Автор С. отказывается следовать дружинной поэзии с ее тематич. заданностью и жанровой определенностью (либо слава, либо хула в зависимости от авторского замысла, «замышления»), с ее трафаретностью образов и выражений, пышным стилем.

Различное толкование получила первая фраза С. Спорили, является ли она риторич. вопросом (т. е. утверждением в эмоц. форме: «лѣпо!»), повествоват. предложением, содержащим противоположное утверждение («нелепо»), или вопросом-размышлением, отражающим колебания автора. Неоднозначно деление первой фразы на синтагмы и определение при этом падежа словосочетания «трудные повести»: 1) начати старыми словесы // трудные повести о полку Игореве; 2) начати старыми словесы трудных повестий // (песнь) о полку Игореве; 3) начати старыми словесы трудных повестий о полку Игореве. Ю. В. Подлипчук предлагает название С. включать в первую фразу и заканчивать ее словами «трудныхъ повестий». Нет единства среди ученых и в понимании словосочетаний «старыми словесы» (см. Слово), «трудныхъ повестий» (см. Повесть), частицы «ли» и т. д.

В связи с этим по-разному истолковывается взаимоотношение первых двух фраз (Пиккио объединяет их в одно предложение).

По мнению первых издателей, Миллера, С. К. Шамбинаго, первые фразы не связаны одной мыслью, а содержат два разных утверждения, одно из которых касается формы, другое — содержания С. По мнению Карпунина и А. А. Артемьева, в них говорится о двух разных произведениях, противопоставл. друг другу.

Е. В. Барсов и Смолицкий видели между первыми фразами уступит.-противит. связь: [хотя и] лепо было бы начать по-старому, но начаться этой песни по-новому.

Пушкин считал, что вторая фраза продолжает мысль первой (нелепо начать по-старому, поэтому начнем по-новому, а не по-старому), понимая под «старыми словесы» стиль Бояна; Подлипчук под «старыми

- 217 -

словесы трудных повестий» подразумевал ратные повести, подобные Бояновой песни, а Косоруков под «старыми словесы трудных повестий о полку Игореве» — воинские повести о походе Игоря, появившиеся до С. и напис., как и песни Бояна, «старыми словесы».

Некоторые исследователи рассматривают взаимоотношение двух первых фраз как вопрос — ответ. При этом Лихачев (Объяснительный перевод. С. 76) и Новиков считают ответ отрицательным (Не начать ли нам по-старому? — Нет, начать следует по-новому, а не по-старому), а Соколова считает этот ответ положительным, понимая словосочетание «старые словесы» не как «старомодные», а как уже произнесенные, ранее существующие, в связи с чем смысл первой фразы утрачивает смысл «по-старому» и приобретает значение «по историческим источникам», «правдиво» (Не начать ли нам словами воинских повестей о полку Игореве? — Да, начаться песне «по былинам», т. е. правдивым рассказам, воинским повестям).

В. Ф. Ржига, также считавший первую фразу вопросом — размышлением, вторую фразу рассматривал не как ответ на нее, а как самостоятельную мысль. По его мнению, автор С. рассматривает не две, а три возможности творчества: повествовать старыми словесы трудных повестий, т. е. в духе старинных ратных повестей; петь по былинам сего времени и, наконец, петь по замышлению Бояна.

Большинство исследователей переводит первую фразу в наст. вр., хотя в ней глагол-связка употреблен в прош. вр. — в имперфекте (бяшетъ), что требует перевода: «не пристало ли нам начинать» или «не лепо ли нам бывало начать». Однако такой перевод, как отметил О. В. Творогов (Слово — 1967. С. 466), «не согласуется с дальнейшим текстом памятника («Почнемъ же... повесть сию»)», и поэтому слово «бяшетъ» является, видимо, позднейшей вставкой в текст памятника.

Спорным является и вопрос о границе З. Одни считают, что З. читается до слов «Почнем же, братіе...»; другие — до слов «Тогда Игорь възрѣ на свѣтлое солнце» (П. П. Вяземский, Р. Абихт), третьи — до слов «Трубы трубять въ Новѣградѣ...». Косоруков предлагает выделять в З. две части: первую — до слов: «Почнемъ же, братіе...» и вторую — до слов «Тогда въступи Игорь князь въ златъ стремень...». Соколова считает З. вступ. часть до слов «Почнемъ же...». Отрывок же со слов «О Бояне, соловію...» и до слов «Тогда въступи Игорь...», тесно связ. по содержанию с З., она предлагает считать лирич. отступлением автора С., в котором он, уже начав повествование об Игоре, рассуждает о том, как бы спел о нем Боян. При этом похвала воинам-курянам включается во вторую песню «под Бояна», сложенную автором С. в духе Бояновых «слав».

Лит.: Дубенский Д. Отметки на некоторые места «Слова о полку Игореве» // ОЗ. 1855. Т. 101, кн. 7. Критика. С. 4; Вяземский. Замечания. С. 9, 76; Миллер. Взгляд. С. 180; Барсов. Слово. Т. 2. С. 3—7; Потебня. Слово. С. 8; Ржига В. Ф. Композиция Слова о полку Игореве // Slavia. Praha, 1925. Roč. 4. Seš. 1. S. 44—49; Перетц. Слово. С. 135—136; Шляков Н. Боян // ИпоРЯС. 1928. Т. 1, кн. 2. С. 483—498; Шамбинаго С. К. Слово о полку Игореве: История и характеристика текста // Слово — 1934. С. 187; Сутт Н. И. Слово о полку Игореве // Новый мир. 1938. № 5. С. 254; Слово о полку Игореве / Пер., предисл. и пояснения Ивана Новикова. М., 1938. С. 72; Орлов. Слово. С. 29; Поспелов Г. Н. К вопросу о стиле и жанре творчества Бояна вещего // Докл. и сообщ. филол. ф-та МГУ. М., 1947. Вып. 2. С. 42—45; Соловьев. Полит. кругозор. С. 73; Пушкин А. С. ПСС: В 10 т. М.; Л., 1949. Т. 7. С. 506; Будовниц И. У. Идейное содержание «Слова о полку Игореве» // Изв. АН СССР. 1950. Т. 7. Сер. истории и философии. № 2. С. 154—156; Лихачев Д. С.

- 218 -

1) Объяснительный перевод // Лихачев. Слово — 1950. С. 76—77; 2) «Слово о полку Игореве» и особенности русской средневековой литературы // Лихачев. «Слово» и культура. С. 35—38; 3) Предположение о диалогическом строении «Слова о полку Игореве» // Исследования «Слова». С. 12—13; Еремин И. П. «Слово о полку Игореве» как памятник политического красноречия Киевской Руси // Слово. Сб. — 1950. С. 100—102; Смолицкий В. Г. Вступление в «Слове о полку Игореве» // ТОДРЛ. 1956. Т. 12. С. 5—19; Шарыпкин Д. М. Боян в «Слове о полку Игореве» и поэзия скальдов // Там же. 1976. Т. 31. С. 14—22; Подлипчук Ю. В. Как начинается «Слово о полку Игореве» // Нравственно-гуманистич. проблематика и худ. искания лит-ры. Хабаровск, 1977. С. 3—13; Бельдиян В. М. Два этюда о «Слове о полку Игореве» // Сб. науч. тр. Ташкент. пед. ин-та. Ташкент, 1977. Т. 196. С. 4—14; Picchio R. (Пиккио Р.) 1) Notes on the Text of the Igor Tale // Harvard Ukrainian Studies. 1978. Vol. 2, N 4. P. 393—422; 2) Мотив Трои в «Слове о полку Игореве» // Проблемы изучения культурного наследия. М., 1985. С. 90—94; Карпунин Г. Жемчуг «Слова», или Возвращение Игоря. Новосибирск, 1983. С. 11—31; Артемьев А. О певце Бояне // Альм. «Поэзия». М., 1985. № 42. С. 69—78; Косоруков А. А. Гений без имени. М., 1986. С. 7—15; Соколова Л. В. 1) Зачин в «Слове о полку Игореве» // Исследования «Слова». С. 65—74; 2) Две первые фразы «Слова о полку Игореве» // Исследования по древней и новой лит-ре. Л., 1987. С. 210—215; Яценко Б. И. Зачин в «Слове о полку Игореве» // РР. 1989. № 2. С. 107—110.

Л. В. Соколова