202
Марта 18 дня 1779
Милостивой государь мой, князь Василий Михайлович!
Я нечаянно вчерась сведал, что поутру Апухтин23 привозил ваше доношение, посланное в Военную коллегию, и по оному Князю24 докладывал, которой из уважения к вашей особе то в коллегию не возвратил, но оставил у себя. Мне бывшия при том пересказали. Я тотчас пошол и доношение ваше выпросил и при сем ево и с челобитною препровождаю. Вы изволите просить коллегию, чтобы штату вашего генералс-адъютанта отпустить волонтером по его челобитной к войскам, отряженным к армии Его Величества короля прускаго25, каковых никогда формально отряжено не было, и мы все о сем не инако известны, как чрез площадныя слухи. И буде оно было или есть, то в кабинете нашем и по сей час хранится секретом. Следственно, о сем не токмо, чтобы писменно в коллегию войтить, но и публично говорить не можно. И естли бы сие уважение от Князя вашей особе зделано не было, то бы, конечно, получили от коллегии пресуровейший
203
указ и с таковыми запросами, на которыя бы ответствовать не токмо что было трудно, но и невозможно. А естли бы Вашему Сиятельству и угодно было адъютанта своего туды послать, то бы могли сказать, что в корпус, которой находится в Польше под командою генерал-порутчика Потемкина26, и чтобы оной ваш адъютант по согласию ево находился при нем. Да и в том надобности, кажется, теперь никакой нет, потому что в Германии мир уже на верно почитают27.
А затем я всегда пребуду, как со особым почтением, так и истиннейшею преданностию Вашего Сиятельства, милостиваго государя моего
покорнейший слуга, граф Брюс.
Марта 12-го дня 1779 года. С-Петербург.