174

ПУШКИН — П. А. ВЯЗЕМСКОМУ

Начало апреля 1824 г. Одесса

Сейчас возвратился из Кишинева¹ и нахожу письма, посылки и «Бахчисарай». Не знаю, как тебя благодарить; «Разговор» прелесть, как мысли, так и блистательный образ их выражения². Суждения неоспоримы. Слог твой чудесно шагнул вперед. Недавно прочел я и «Жизнь Дмитриева»;³ все, что в ней рассуждение — прекрасно. Но эта статья tour de force et affaire de parti*. Читая твои критические сочинения и письма, я и сам собрался с мыслями и думаю на днях написать кое-что о нашей бедной словесности, о влиянии Ломоносова, Карамзина, Дмитриева и Жуковского⁴. Авось и тисну; тогда du choc des opinions jaillira de l’argent** ⁵. Знаешь ли что? твой «Разговор» более писан для Европы, чем для Руси. Ты прав в отношении романтической поэзии. Но старая <— — — — —>

175

классическая, на которую ты нападаешь, полно существует ли у нас? это еще вопрос. — Повторяю тебе перед евангелием и святым причастием, что Дмитриев, несмотря на все старое свое влияние, не имеет, не должен иметь более весу, чем Херасков или дядя Василий Львович. Разве он один представляет в себе классическую нашу словесность, как Мордвинов заключает в себе одном всю русскую оппозицию?⁶ и чем он классик? где его трагедии, поэмы дидактические или эпические? разве классик в посланиях к Севериной да в эпиграммах, переведенных из Гишара? — Мнения «Вестника Европы» не можно почитать за мнения, на «Благонамеренного» сердиться невозможно. Где же враги романтической поэзии? где столпы классические? Обо всем этом поговорим на досуге. Теперь поговорим о деле, то есть о деньгах. Слёнин предлагает мне за «Онегина», сколько я хочу. Какова Русь, да она в самом деле в Европе — а я думал, что это ошибка географов. Дело стало за цензурой, а я не шучу, потому что дело идет о будущей судьбе моей, о независимости — мне необходимой. Чтоб напечатать Онегина, я в состоянии <— — — > то есть или рыбку съесть, или на <— — —> сесть. Дамы принимают эту пословицу в обратном смысле. Как бы то ни было, готов хоть в петлю. Кюхельбекеру, Матюшкину, Верстовскому усердный мой поклон, буду немедленно им отвечать⁷. Брата я пожурил за рукописную известность «Бахчисарая». Каков Булгарин и вся братья! Это не соловьи-разбойники, а грачи-разбойники. Прости, душа — да пришли мне денег.

А. П.

Ты не понял меня, когда я говорил тебе об оказии — почтмейстер мне в долг верит, да мне не верится.

РА, 1874, кн. I, с. 131—133; Акад., XIII, № 81.

¹ Пушкин ездил на две недели в Кишинев и возвратился в Одессу в конце марта.

² В своем полемическом предисловии к «Бахчисарайскому фонтану» («Разговор между издателем и классиком...»), направленном против запоздалых адептов классицизма, Вяземский связал воедино проблему народности литературы с проблемой ее романтического направления.

³ См. примеч. 4 к письму от 8 марта 1824 г.

⁴ Пушкин не исполнил своего намерения.

⁵ Как справедливо отметил Б. Л. Модзалевский, изречение Пушкина является шутливой переделкой французской пословицы:

176

«du choc des opinions jaillit la vérité» (от столкновения мнений рождается истина).

⁶ Адмирал Н. С. Мордвинов, сторонник просвещения, выступал в пользу освобождения крестьян, пользовался уважением передовой части русского общества. В записке, поданной Николаю I вскоре после восстания декабристов, настаивал на отмене смертной казни государственным преступникам; будучи членом Верховного суда над декабристами, отказался подписать смертный приговор. В послании к Н. С. Мордвинову (1827) Пушкин писал:

Мордвинов, не вотще Петров тебя любил,
Тобой гордится он и на брегах Коцита:
Ты лиру оправдал, ты ввек не изменил
        Надеждам вещего пиита.
Как славно ты сдержал пророчество его!
Сияя доблестью, и славой, и наукой,
В советах недвижим у места своего,
        Стоишь ты, новый Долгорукой.

⁷ Ответы Пушкина Кюхельбекеру, Ф. Ф. Матюшкину и А. Н. Верстовскому, так же как и их письма к Пушкину, не сохранились. Поклон А. Н. Верстовскому, с которым Пушкин познакомился позднее в Москве, объясняется, вероятно, тем, что поэт узнал о кантате композитора «Черная шаль» (1823), написанной на слова его стихотворения.