246

— Скажи, какой судьбой друг другу мы попались?

В одном углу живем — а месяц не видались.

Откуда и куда? — Я шел к тебе, сестра.

Хотелось мне с тобой увидеться. — Пора.

— Ей богу, занят был. — Да чем? — Делами, службой.

Я, право, дорожу, сестра, твоею дружбой.

Люблю тебя душой, и рад бы иногда

С тобою посидеть... Но, видишь ли, беда —

Никак не съедемся: я дома, ты в карете —

10 — Но мы могли бы в свете

Видаться каждый день. — Конечно! я бы мог —

Пуститься в [знатный] <свет>. Нет, нет, избави бог!

По счастью, модный круг совсем теперь не в моде.

Мы, знаешь, милая, все нынче на свободе.

Не ездим в общества, не знаем наших дам.

Мы их оставили на жертву [старикам],

Любезным баловням осьмнадцатого века.

А впрочем — не найдешь живого человека

В отборном обществе. — Хвалиться есть ли чем?

20 Что тут хорошего? Ну, я прощаю тем,

Которые, пустясь в пятнадцать лет на волю,

Привыкли [нехотя] лишь к пороху [да к] полю.

Казармы нравятся им больше наших зал.

Но ты, который в век в биваках не живал,

Который не видал походной пыли сроду —

Зачем перенимать у них пустую моду?

Какая нужда в том? — В кругу своем они

О дельном говорят, читают Жомини.

247

— Да ты не читывал с тех пор, как ты родился.

30 Ты шлафорком одним да трубкою пленился.

Ты жить не можешь там, где должен быть одет,

Где [вечно] не курят, где только банка нет —