224

Москва. 16 ноября <1818>.

Письмецо твое от 19 октября я получил, мой любезнейший. Оно было целый месяц в дороге. Что тому причиною? Все твои комиссии я исполнил. У Варвары Дмитриевны Киселевой¹ поцеловал ручку, Павлу Дмитриевичу² сказал, что M-lle Auguste³ на него похожа, а Толстому вручил и прочел прекрасную твою эпистолу.⁴ Ты поэт превосходный! От искреннего сердца я тебе это говорю и утверждаю. Стихи твои на монументы петербургские — настоящий chef-d’œuvre.⁵ Я их списал и храню с любовью и почтением. Посылаю тебе мою сказку.⁶ Ты в ней найдешь и Услада, и Людмилу, и какого-то печенега, и коня, и собаку. Я ее начал писать при Батюшкове, и он просил меня, чтоб я ему посвятил эту безделицу. Желаю, чтоб она тебя позабавила. Участь моя мелочьми перебирать, и то изредка.

Еще чувствительно тебя благодарю за попечение твое о детях моих, но, к крайнему моему сожалению, присланная тобою бумага недостаточна. Знающие в таких делах люди мне именно сказали, что это ни к чему не послужит. Теперь мне здесь обещают сделать для них выгодное положение, но не известно, успею ли я в моем намерении? Это меня сокрушает. Если б удалось мне устроить состояние детей моих, тогда бы я непременно отправился с тобою в чужие краи. Поедем, любезнейший мой! Избавь меня от Москвы и от скуки ужаснейшей. Я всюду за тобою следовать готов.

Вот что у нас в столице делается. Хомутовы давали на этих днях маленький бал, на котором явились две новые красавицы, меньшие дочери Марьи Ивановны Корсаковой.⁷ Они ростом выше своей матери, и груди у них не хуже грудей вашей приезжей француженки. Третьего дня был на большом бале у Апраксиных; всех лучше были Урусова, Фофка Толстая⁸ и Киселева. — На этих днях вывели из театра известную берейторшу Шульц.⁹ Она приехала в ложу с мущиною, переодетым в женское платье, и сама была одета странным образом, в бакенбардах, и голова окутана в какую-то салфетку. Ее было отправили в контору, но Берхман¹⁰ вступился: у него с нею большие, говорят, лады. — Пушкин¹¹ играет в карты и начинает проигрывать. Я у него вчера обедал, и было довольно весело. После обеда мы вздумали играть в шарады. Апраксин молодой¹² и Глазенап¹³ отличились. Князь Андрей Гагарин продал свое Ясенево слепому Гагарину за 140 тысяч.¹⁴ Кн. Сергей Гагарин купил прекрасную подмосковную у Вас. Серг. Шереметьева,¹⁵ Соболево, за 230 тысяч рублей. Графиня Бобринская¹⁶ отделала свой дом прекрасно и собирается давать вечеринки. Впрочем, ничего интересного

225

нет, кроме того что гр. Бальмен по тебе истинно сокрушается и без слез о тебе говорить не может. Гр. Пушкины тебе кланяются.

Сестры мои и Сонцов тебя лобызают. У княгини я целую ручки. Надеюсь, что она обо мне иногда помнит и знает, что я душою и сердцем ей предан. Будьте, милые, здоровы и благополучны. Не забывайте и любите меня, а я ваш по гроб мой.

В. Пушкин.