166

108

<Москва. 28 апреля 1928 г.>

Дорогой, милый, родной и любимый Кис.

Мне чудовищно не везет: я еще совсем не справился с моим гриппом. У меня все время одна и та же температура: 9 ч. — 36,6, в 2 ч. — 37,1 и в 7 ч. — 37,3 и небольшой кашель. Меня лечит опять Ефим Юрьевич¹ — он сказал мне, что это от левого легкого и нашел в левом легком, внизу, как оне выражаются, «фокус». Ефим Юрьевич говорит, что ничего плохого и никаких опасностей нет, но всё это очень канительно. Сегодня только что Е<фим> Ю<рьевич> был опять и сказал, что я должен проваляться минимум неделю.

При медленном темпе моего теперешнего гриппа никак нельзя ручаться, что этот минимум будет и максимумом.

А потом высидеть дома дня 4 здоровым, а потом работа, а потом и т. д., словом, сама прикидывай время.

Я думаю, что ты должна съездить в Париж, не ждя меня. Я могу явиться только как нечаянная радость.

(Я уже пожрал 24 курицы!).

Телеграфируй куда, и я около 4-го пошлю тебе деньгов, посколько их разрешат и посколько оне будут.

Больше никаких новостев нет.

Прости меня, дорогой детик, что я не выздоравливаю, я делаю всё, что можно — целый день жру пилюли, закручиваюсь в компрессы и ставлю банки, а главным образом два термометра, и все-таки с трудом изгоняю каждые четверть градуса.

Дорогой детик, пиши и телеграфируй.

Любящий родную Кису и весь твой

¹ Доктор Е. Ю. Сегалов.