29

«АНГЕЛ», юношеское стих. Л. (1831). В содержании стих., одного из лучших в ранней лирике поэта, исследователи усматривают позицию, близкую к идеалистич. теории Платона о запредельном происхождении души, его мифологию анамнезиса или снов-воспоминаний (В. Асмус). Реальная основа поэтич. ви́дений «небесной родины» — воспоминания поэта о матери (П. Висковатый) и ее песнях, слышанных в младенчестве. По мнению др. исследователей, в стих. (ср. «Русалка», «Морская царевна») нашли выражение лишенные мистики идеальные устремления поэта. В то же время в нем отсутствуют обычно связанные с «ангельской» темой и развивающие ее мотивы богоборчества и демонизма. «Ангел» едва ли не единственное в ранней лирике стих., в к-ром «святых» и «райских» звуков не коснулся лермонт. пафос сомнения и отрицания: память о навсегда утраченном времени «безгрешного блаженства» предстает как недостижимый идеал, чуждый земных соблазнов и влечений. При этом земной мир, «мир печали и слез», не отрицается как враждебный, но безоговорочно отступает перед небесным: «И звуков небес заменить не могли / Ей скучные песни земли». Противоречие между землей и небом (см. Мотивы поэзии Л.), действительностью и мечтой здесь смягчено; мир идеального воплощается Л. в гармонии прекрасных пластич. образов, в самом развитии темы (Е. Михайлова); стих. пронизано музыкой, мелодичностью ритмики и звуковой инструментовки, это — действительно песня, исполненная «простых и сладких звуков» (ср. «Не верь себе...»).

«Ангел» — единственное юношеское стих., опубл. поэтом при жизни (1839). Но в сб. «Стихотворения» (1840) поэт его не включил, очевидно, в связи с отрицат. отзывом В. Г. Белинского. В рец. на «Одесский альманах» критик писал о Л.: «...Нам, понимающим и ценящим его поэтический талант, приятно думать, что они (стих. «Ангел» и «Узник». — Ред.) не войдут в собрание его сочинений» (IV, 123). По всей вероятности, Белинский счел стих. незрелым, не обнаружив в нем «лермонтовского элемента» — высоко ценимого им критич. начала.

Для истории восприятия стих. интересны лит. свидетельства: строки о душе, охваченной «желанием чудным», лейтмотивом проходят через рассказ М. Горького «Легкий человек» (1917), отзываются в его герое ощущением чудесной силы. Тема лермонт. ангела проходит и через фронтовое стих. И. П. Уткина «Затишье» (1942), символизируя светлые начала жизни.

Стих. иллюстрировали: И. Е. Репин, А. Д. Кившенко, А. А. Гурьев, К. Д. Флавицкий, М. А. Зичи, В. Каульбах, Л. О. Пастернак, К. А. Савицкий, М. М. Зайцев, С. П. Яремич, А. П. Остроумова-Лебедева. Положили на музыку более 30 композиторов, в т. ч. А. Е. Варламов, А. Г. Рубинштейн, С. В. Рахманинов,

30

Н. А. Римский-Корсаков, Э. Ф. Направник, В. И. Ребиков, Н. К. Метнер, А. Т. Гречанинов.

Автограф первонач. ред. — ИРЛИ (тетр. XI), под назв. «Песнь ангела». Копия с него — там же, оп. 1, № 21, тетр. XX, л. 41. Автографы также в альбоме А. М. Верещагиной — Б-ка Колумбийского ун-та (США) — и на отд. листке, часть к-рого хранится в ГБЛ (М., 8490, 1), а другая часть — в ГИМ (ф. 445, № 227а, л. 56). Авторизов. копия — ИРЛИ, тетр. XV. Впервые — «Одесский альманах» на 1840 год (Одесса, 1839, с. 702—703). Датируется по положению в тетр. XI.

Лит.: Белинский, т. 4, с. 123; т. 11, с. 475; Висковатый, с. 144; Семенов (1); Михайлова Е. (1), с. 149—150; Шувалов (4), с. 302; Мордовченко, с. 757—58; Розанов И. (3), с. 66—70; Эйгес (2), с. 514—15; Дурылин (6), с. 545; Иванова Т. (2), с. 311—14; Пейсахович (1), с. 428—29; Коровин (4), с. 18—20; Удодов (2), с. 54; Чичерин (1), с. 413; Жирмунский В. М., Теория лит-ры. Поэтика. Стилистика, Л., 1977, с. 72; Турбин В., Неизбежность странного мира, в сб.: День поэзии 1979, М., 1979, с. 96—97.

Т. П. Голованова.