- 663 -

РИТУА́ЛЬНО-МИФОЛОГИ́ЧЕСКАЯ КРИ́ТИКА — метод в западном (гл. обр. англо-амер.) лит-ведении и культурологии, предельно сближающий фольклор, лит-ру и др. виды иск-ва с мифом и ритуалом. Возник в 30-е гг. 20 в. как синтез ритуально-мифологич. направления в области изучения древних культур (Дж. Фрейзер и «Кембриджская группа» его последователей — Д. Харрисон, А. Б. Кук, Ф. М. Корнфорд) и аналитической психологии К. Г. Юнга; лидер Р.-м. к. Н. Фрай считал «Золотую ветвь» Фрейзера и работу Юнга о символах либидо в известном смысле руководством по теории лит-ры.

Фрейзер принял тезис Робертсона Смита о приоритете ритуала (т. 9) над мифом; последователи Фрейзера разработали теорию ритуального происхождения не только антич. театра, но и героич. эпоса, всей священной лит-ры Древнего Востока, антич. философии, а затем и ср.-век. эпоса, романа, сказки (работы Х. Марри, С. Х. Хука, Т. Х. Гастера, Р. Карпентера, Э. Миро, Г. Р. Леви, Ш. Отрана, Б. Филпотс, Ф. Стрёма, П. Сентива). Ритуально-мифологич. теория в крайней форме представлена в трудах Ф. Рэглана и Э. Хаймана; из их работ вытекало требование рассматривать ритуально-мифологич. модели не как источник поэтич. фантазии, а как ее структуру. Исполнению такой задачи чрезвычайно содействовала теория архетипов (т. 9) Юнга, принятая поэтому на вооружение представителями собственно Р.-м. к. (М. Бодкин, Н. Фрай, Р. Чейз, Ф. Уотс и др.).

Опора на Юнга дала возможность Р.-м. к. распространить ритуалистич. подход к архаич. жанрам и памятникам на всю историю лит-ры, включая современность (влияние на Р.-м. к. оказало мифологизирование в самой лит-ре 20 в.: Дж. Джойс, Т. Манн, Т. С. Элиот, У. Б. Йитс). Р.-м. к. ищет в произв. не только мифологич. мотивы, символы и метафоры, сознат. и бессознательные, но прежде всего воспроизведение определ. ритуальных схем, особенно обрядов инициации, эквивалентных, по ее мнению, психологич. архетипу смерти и нового рождения. Фрай утверждает абсолютное единство мифа, ритуала, архетипа и возводит к ним лит. образы и жанры, разрабатывая своеобразную «литературную антропологию». Он соотносит четыре фазы природного цикла, отмеченные древними ритуалами, с мифами, архетипами, образами и жанрами, организованными в силу метафорич. отождествления или ассоциаций по аналогии. Так, увязываются заря, весна, мифы о рождении героя, о воскресении, дифирамбич. и рапсодич. поэзия; или заход солнца, осень, смерть, миф об умирающем и воскресающем боге, трагедия и элегия.

Наиболее интересные результаты достигнуты Р.-м. к. в изучении лит. жанров, связанных генетически с ритуальными, мифологич., фольклорными традициями, в анализе переосмысления древних поэтич. форм и символов (рыцарский роман, драма античности и Ренессанса, античная и библейская символика в поэзии, творчество У. Шекспира, Дж. Мильтона, У. Блейка). Во многих отношениях аналогичный подход (притом весьма плодотворный) к изучению традиции можно

- 664 -

найти в трудах сов. ученых: В. Я. Проппа, О. А. Фрейденберг и М. М. Бахтина. Слабая сторона Р.-м. к., особенно в ее крайних проявлениях, — полное сведе́ние лит. произв. к традиции и поиски мифологич. основы всегда, во что бы то ни стало. Лит-ра, т. о., растворяется в мифе, миф — в ритуале (что вызывает протесты самих этнологов, напр. У. Баскома, Клукхона, Дж. Фонтенроза), лит-ведение — в этнологии и психоанализе.

Лит.: Вейман Р., История лит-ры и мифология, пер. с нем., М., 1975; Мелетинский Е., Поэтика мифа, М., 1976; Bodkin M., Archetypal patterns in poetry, 3 ed., L., 1965; Chase R., Quest for myth, Baton Rouge, 1949; Frye N., Anatomy of criticism, Princeton, 1957; Myth and mythmaking, ed. by H. A. Murray, N. Y., 1960; Myth and symbol, Lincoln, 1964; Myth and literature, ed. by J. Vickery, Lincoln, 1969; Fontenrose J., The ritual theory of myth, Berk. — Los Ang., 1966.

Е. М. Мелетинский.