- 875 -

ЭЛЛИНИСТИ́ЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУ́РА — древнегреч. лит-ра эпохи эллинизма. Хронологич. границами Э. л. целесообразно считать 323 до н. э. (год смерти Александра Македонского, повлекшей за собой распад его империи на ряд эллинистич. гос-в) — 30 до н. э. (подчинение Риму Египта — последнего из эллинистич. гос-в). В отличие от древнегреч. лит-ры классич. периода, отвечавшей на широкие обществ., политич. и этич. запросы афинского демократич. полиса, Э. л. развивается в рамках несравненно более узкой социальной группы. Э. л. утрачивает непосредств. связь с актуальными проблемами совр. жизни, и поэта-гражданина, обращавшегося к коллективу сограждан, заменяет поэт-ученый, черпающий вдохновение в сборниках старинных мифов, описаниях редких обычаев и собраниях малоупотребит. слов. Известное исключение составляет Э. л. в Афинах, где новоаттическая комедия по-прежнему входила в состав общегос. празднеств. Однако и здесь острую обществ.-политич. и сатирич. направленность комедий Аристофана сменило изображение всякого рода семейных неурядиц, завершающихся счастливым концом. Падение обществ. активности граждан, рост политич. индифферентизма повлекли за собой замену обобщенных сатирич. типов, в к-рых персонифицировались важнейшие социальные явления, образами заурядных «маленьких» людей, разработанными в духе философско-этич. представления об определенных психологич. типажах («характерах»), к-рые, как правило, не меняются на протяжении пьесы; по-видимому, только Менандру удавалось вносить в постоянные сценич. маски нек-рые психологич. нюансы.

С нач. 3 в. до н. э. Э. л. получает развитие в новых культурных центрах, гл. обр. в столице птолемеевского Египта Александрии. Здесь создаются знаменитый Мусейон («дом муз») и библиотека, в к-рой сосредоточивается издание научно комментированных текстов классич. авторов, составление словарей (напр., лексикона гомеровских «глосс» Филита Косского), биографий; закладывается начало филологии (деятельность Зенодота Эфесского, Аристофана Византийского, Аристарха, Дионисия Фракийского). Служащими Александрийской библиотеки были мн. поэты этого периода (Ликофрон, Аполлоний Родосский, Каллимах).

- 876 -

Для представителей Э. л. характерно интенсивное экспериментирование в области традиц. поэтич. жанров, к-рые часто наполняются содержанием, противоречащим их исконному назначению. В этом смысле предшественником Э. л. является Антимах Колофонский, чья поэма «Лида», написанная элегич. дистихом, была первым образцом повествоват.-мифологич. элегии, оснащенной редкими словами, неологизмами и перифразами, доступными только хорошо подготовленному читателю. В Э. л. жанр мифологич. элегии в стиле Антимаха находит продолжателей в лице Филита (ок. 320 — до 270) с о-ва Коса, к-рого считают основоположником эллинистич. поэзии, и Гермесианакта из Колофона (род. ок. 300), сочинившего 3 книги элегий на любовные темы. Героями их были мифологич. персонажи, частью малоизвестные, или поэты далекого прошлого, причем Гермесианакт без всякого смущения конструировал «романы» не только Сапфо и Анакреонта, но также, напр., Гомера и Пенелопы.

Своего расцвета жанр мифологич. элегии достигает в творчестве Каллимаха, объединившего ок. 40 мифов и преданий в поэме «Причины». Не упуская случая щегольнуть ученостью, поэт не ставит здесь целью ни воздействие на обществ. сознание, ни убеждение читателя. Обратный пример трансформации традиц. жанров — отношение Каллимаха к эпосу. Гекзаметр используется им для сочинения небольшой поэмы («эпиллия»), излагающей в бытовых тонах совершенно побочный эпизод героич. сказания («Гекала»). Иллюзорна принадлежность к эпич. жанру и гимнов Каллимаха: вместо изложения эпизода, составляющего часть культовой родословной божества (как в т. н. гомеровских гимнах), у Каллимаха — субъективно окрашенное повествование, включающее антикварную справку и злободневный политич. отклик, лит. полемику и бытовую зарисовку с юмористич. оттенком. Традиции Каллимаха в области эпиллия продолжал Эвфорион, однако без присущих Каллимаху живости и юмора. В творчестве Феокрита свойственный Каллимаху интерес к бытовой ситуации совмещается с еще более пристальным вниманием к внутр. миру «маленького» человека, причем по своей форме идиллии Феокрита часто сближаются с драматич. сценкой (см. Мим), воспроизводящей быт рядовой семьи или обстановку гор. празднества. В поздний период Э. л. традиция «малых форм», в к-рых мифологич. повествование окрашивается в бытовые тона или привлекает искренним изображением чувства, сохраняется в творчестве Мосха и Биона.

Яркой и вместе с тем законченной фиксации чувства Э. л. достигает в жанре эпиграммы, для к-рой 3—1 вв. до н. э. являются периодом высшего расцвета. В эпиграммах Асклепиада Самосского и Посидиппа (3 в.) ведущее место занимает любовная тематика, причем поэты стремятся запечатлеть какой-то определ. момент в развитии страсти или мгновенно возникшее настроение. Эта традиция находит продолжение в позднеэллинистич. эпиграмме Мелеагра и Филодема. Совсем иной характер носит эпиграмма у Леонида Тарентского — бездомного скитальца, сочувствующего бедному люду и не склонного приукрашивать его тяжкую долю.

Наряду с развитием «малых жанров» в Э. л. делаются попытки возрождения эпоса — как героического, так и дидактического. Большая поэма Аполлония Родосского «Аргонавтика», написанная на традиц. ионийском наречии, широко вводит в эпич. повествование не свойственные ему обширные географич. описания, заимствованные поэтом из спец. работ, и изображение любовного чувства Медеи. Выдержанные в стиле дидактич. эпоса ученые поэмы Арата и Никандра добросовестно излагают астрономич. систему Евдокса Книдского или предлагают средства против ядов и укусов зверей, но они лишены того этич. пафоса, к-рый руководил Гесиодом

- 877 -

в назиданиях его беспутному брату и алчным «царям-дароядцам».

Значительно хуже осведомлены мы о состоянии драматич. иск-ва в эпоху эллинизма. Известно неск. десятков имен драматургов этого времени; четверо из них, входившие в александрийскую «плеяду», сочинили в общей сложности до 200 трагедий, от к-рых ничего не сохранилось. Делаются попытки возрождения сатировской драмы: не дошедшие до нас «Дафнис или Литиерс» Сосифея, «Менедем» Ликофрона. Ликофрону же принадлежит монодрама «Александра», рассчитанная в лучшем случае на декламацию в кружке ученых ценителей. Особняком стоит написанная на греч. яз. драма с библейским сюжетом «Исход» (2 в. до н. э.), от к-рой сохранилось 269 триметров. Из малых драматич. форм широкое распространение получают в Э. л. мимы с достаточно откровенным содержанием. Обнаруженные на папирусе в конце 19 в. «Мимиамбы» Герода дают яркое представление о характере изображения действительности в этом жанре, но употребленный Геродом архаич. ионийский диалект почти исключает исполнение «Мимиамбов» для широкой публики. Гораздо ближе к подлинному сценич. произв. также записанный на папирусе (2 в. до н. э.) отрывок из арии девушки, брошенной возлюбленным.

Несомненная стилизация, к-рой подвергаются в Э. л. 3 в. до н. э. фольклорные жанры (состязания пастухов у Феокрита, мимы у Герода), не ослабляет значения самого факта их использования. Еще более сильное влияние оказывает устное творчество на прозаич. лит-ру эллинистич. периода, когда в историч. повествование (гл. обр. о походах Александра) проникают эпизоды фольклорного характера, всякого рода были и небылицы о чудесных землях и невиданных народах. В русле этой же традиции появляются псевдоисторич. описания идеального обществ. устройства (Ямбул, Эвгемер). С др. стороны, легендарные личности из историч. прошлого покоренных народов Бл. Востока и Египта становятся героями любовного романа (папирусные отрывки «Романа о Нине»), первую лит. фиксацию к-рого следует, т. о., относить к 1 или даже 2 в. до н. э. По-видимому, были достаточно близки к ближневост. фольклорной новелле знаменитые в античности «Милетские рассказы» Аристида Милетского, в то время как философская диатриба (Бион Бористенит) и Мениппова сатира использовали форму фольклорной беседы-назидания, допускающей чередование прозы со стихами. Прозаич. жанры Э. л. плохо сохранились именно потому, что ориентировались на «низы» общества, для к-рых они были много доступнее, чем поэзия, реставрировавшая традиц. поэтич. диалекты.

При явном сужении обществ. горизонта Э. л. в ней был во мн. отношениях достигнут столь же очевидный прогресс. Успехи в изображении внутр. мира человека, любовь к бытописанию, мн. композиц. приемы получили дальнейшее развитие в рим. поэзии конца Республики — начала Империи, в то время как широкое использование повествоват. фольклора нашло продолжение в позднейшем греч. и рим. романе.

Лит.: Тронский И. М., История антич. лит-ры, 3 изд., Л., 1957; Радциг С. И., История древнегреч. лит-ры, 3 изд., М., 1969; История греч. лит-ры, т. 3, М., 1960; Ранович А. Б., Эллинизм и его историч. роль, М. — Л., 1950; Тарн В., Эллинистич. цивилизация, М., 1949; Чистякова Н. А., Новое в изучении худож. лит-ры эллинизма, «ВДИ», 1960, № 3; Lesky А., Geschichte der griechischen Literatur, 2 Aufl., Bern — Münch., 1971; Wilamowitz-Möllendorff U. von, Hellenistische Dichtung in der Zeit Kallimachos, 3 Aufl., В., 1962; Körte A., Die hellenistische Dichtung, 2 Aufl., Stuttg., 1960; Webster T. B. L., Hellenistic poetry and art, L., 1964.

В. Н. Ярхо.