МНОГОЗНА́ЧНОСТЬ СЛО́ВА, полисемия (от греч. πολύ — много и ση̃μα — значение), — способность слова как отдельного знака в системе языка относиться к различным явлениям действительности, понятиям и вступать в синонимич. отношения с др. словами. В этом смысле обычно говорят, что слово может иметь много значений. Так, в глаголе «идти» совр. словари рус. языка выделяют от 25 до 40 значений: напр., «перемещаться в пространстве», «приступать к к.-л. деятельности» («идти в учителя»); «простираться, пролегать» («дорога идет вверх»); «находиться в действии» («часы идут»); «иметь место, происходить» («идут экзамены»); «предназначаться» («щепки идут на растопку»); «делать ход в игре» («идти ладьей») и т. д. Здесь отмечаются не только отнесение слова к различным понятиям, различные синонимич. связи с др. словами, но и особые тематич. ситуации и контекстуальное окружение, в к-рых выступает то или иное значение, а также иногда особенности грамматич. формы и синтаксич. конструкций (ср. «идти быстро, пешком, ногами» и «идти в монахи», «идти на риск» и «идти с туза» и т. д.; в значении «подходить, соответствовать» глагол «идти» употребляется только в форме 3 лица — «шляпка ей идет»). Различные значения слова находятся в определ. связи между собой, исторически складывающейся, образуют известную систему. В этом смысле говорят об исходных, основных, номинативных и вторичных, производных, переносных значениях и т. д. Разрыв связи между отд. значениями слова ведет к появлению омонимов.

Большинство совр. языковедов держится взгляда, что отд. слово как единица языка может располагать системой различных, но известным образом связанных между собой, соотносимых и соподчиненных значений.

902

Осн. задачей при этом является выяснение различных типов значений, установление разных видов связи между ними, семантич. отношений в единой смысловой структуре слова и возможно более точное определение совокупности особых значений, присущих самому отд. слову (практически число выделяемых в словарях значений слов нередко сильно колеблется). В совр. языкознании ставится задача определить формальные критерии выделения значений в слове. Однако неоднократно высказывались и сомнения относительно такого понимания М. с. или понятие М. с. отвергалось. Не отрицая очевидной способности слова вступать в отношения с разными явлениями и понятиями, иметь различную предметно-понятийную отнесенность, нек-рые языковеды (К. С. Аксаков, Н. П. Некрасов, Ф. де Соссюр, Р. Якобсон и др.), исходя из разных теоретич. оснований, утверждали, что слово как отд. знак имеет одно общее значение, отличающее его от др. знаков; однако это общее значение в определ. речевых условиях, в разных языковых контекстах может получать различную семантич. реализацию, означать разные вещи. Собственное значение отд. слова при этом противополагалось его несобственным значениям, возникающим лишь при известной речевой ситуации, при сочетании слова с др. словами. Высказывалось и мнение, согласно к-рому каждое употребление слова связано с особым его значением (А. А. Потебня и др.); т. о., слова не имеют общих значений, но не может идти речи и о М. с. как сумме отраженных и иерархически соподчиненных в самом слове как единице языка значений.

М. с., как его способность в разных условиях означать различные явления, относиться к разным понятиям и приводить их в определ. связь, служит в лит. речи постоянным средством, позволяющим вызывать сложные ассоциации, сближать и сопоставлять наши представления о явлениях действительности; М. с. лежит в основе языковой метафоры, различных тропов поэтич. речи.

Лит.: Виноградов В. В., Основные типы лексич. значений слова, «ВЯ», 1953, № 5; Ахманова О. С., Очерки по общей и рус. лексикологии, М., 1957; Кацнельсон С. Д., Содержание слова, значение и обозначение, М. — Л., 1965.

Ю. С. Сорокин.