123

[А. А. Григорьев].

Современное состояние

драматургии и сцены.

Статья четвертая.

«Время», 1862, № 12.

____________________

[...] Вот она, эта громовая статья, помещенная в 342 № «Северной пчелы». Читайте, оплачьте с нами наши грубые былые заблуждения¹. [...] До этой капитальной статьи (признаемся откровенно, что первой, упоминаемой Любителем театра, мы вовсе не читали²) мы полагали, что даже и Сосницкий подлежит суду критики, если какой-либо роли он не понимал в течение 50-ти лет; думали, что пьяный нюня, изображаемый им в Репетилове, вовсе не выражает идеи грибоедовского лица, азартного крикуна, говорящего по «торжищам» о том, что

«Есть государственное дело,
      Оно ведь, видишь, не созрело,
            Нельзя же вдруг»,

принадлежащего к «секретнейшему союзу по четвергам», взводящего на себя отрицание всего: законов, совести, веры и проч. и проч. с ожесточением и непременным красным жестом говорящего о том, что

«...радикальное потребно тут лекарство,
          Желудок больше не варит»,—

того Репетилова, который тем-то и комичен, что у него «глаза в крови, лицо горит», как у одного из его идеалов, который в восторге типическом от того, что «Умный человек не может быть не плутом!»,— и который тушуется перед Анфисой Ниловной. Теперь мы от нашего взгляда отрешимся: 1) признаем непогрешимость г. Сосницкого; 2) отказываемся искать исторически-бытового смысла в комедии Грибоедова и 3) соглашаемся думать, что грибоедовские лица можно играть так же «нарочно», как «Житейскую школу» г. Григорьева 1-го и сочинения г. Куликова³. [...].