559.

Я лучиночки щипала березовыя;
Пукъ лучиночекъ зажгла, въ нову горницу зашла.
Во горницѣ во новой двѣ добры жены сидятъ,
Хлѣбъ-соль ѣдятъ, про Ивана говорятъ,
Про Ивана-Ивана Ивановича.
Эвонъ Ванюша идетъ, за собой дѣвокъ ведетъ,
За собой дѣвокъ ведетъ; дѣвки-пѣсельницы.
Дѣвки пѣсенки запѣли; Иванъ пошелъ плясать,
Иванъ пошелъ плясать, головушкой качать.
Иванъ молодой, не качай головой,
Не качай головой, мнѣ не быть за тобой,
Мнѣ не быть за тобой, за Иваномъ горюномъ!
У Ивана горюна ни скота, ни живота;
Одна липова изба, рѣшощаты ворота.

Стоитъ Ваня у воротъ, перетаптывается,
Во косящато окошко поколачивается.
Кабы милая, милая моя вышла, встрѣтила меня,
Вышла, встрѣтила меня за новыя ворота,
За новыя, кленовыя, за рѣшощатыя,
За бѣлы руки брала, въ нову горницу ввела,
За дубовый столъ садилася, чаемъ-кофеемъ поила.
«Ты зайди въ мою комнатку, посмотри мою кроватку:
У моей ли у кроватки ножки точеныя,
Ножки точеныя, позолоченыя....»

Томская губернія. Этнографическій Сборникъ, выпускъ VI, стр. 73 («круговая»).