11
Бы[с]т в славном гораде Муроме, жил тут стар матер человек именем
Иван Елеферевич. И обещание они положили [с] женою своею: ежели господь
бог дарует мужеск пол, то отправлем молебное пение светителю христову
Николаю чудотворцу кажнои год. И по умолению их бог дарует им
5 сына, а во светом крещении имя нарекли ему Илия. И как стал возрастат
до семи лет и болея, не ходил.
И прилучилося [в] ден светителя христова Николая чудотворца, пошли
отец и мат в церков Николая чудотворца молебное пение совершити. А без
их евися ему светител хр[и]стов Николаи чудотворец и рече ему: «Илия!
10 Имаши ли, что пити?» Он же рече: «Имам! Отец и мат ворили пиво для
празника светителя господня Николая чудотворца». Он же рече ему: «Даваи
мне, Илия, пива!» Илия рече ему: «Не могу, отче мои, востати на
нозе». Он же даде ему питие и рече ему: «Востани и ходи!» А сам невидим
быст. И от того часа встал, аки ни в чем не бывал.
15 И вышел на улицу, и стал с ребятами поиграват, и почуил в себе силу
великую: которого возмет за руку — руку оторвет, которого за ногу —
ногу оторвет, а которого возмет за голову — голову оторвет. И за то великая
жалаба произошла, и запретили ему.
Тогда у них кобыла принесла жеребенка худова и шелудиваго. И молодец
20 Илья Муромец сын Ивановичь выпросил молодова жеребенка на
свои руки, и стал ево кормит и поит и[з] своих рук, и по зорям поважеват
и покатыват. И в десет лет такои стал велик, храбрь и силен. И накупи
Илъя Муромец доспехи богатырския, и стал быт [в] великои славе и чести,
славно богатырь1 и силны Илъя Муромец.
25 И был в церкви божи, слушел святую заутреню воскресную. И отслушел
заутреню, походь держал ка столнаму граду Кееву, ко князю Владимеру,
к солнышку Всевславичу. И завет держал на свою востраю саблю,
и на крепкои лук, и на калену стрелу, что во всю дорогу востраи сабли
[из] нажен не вынимат и на крепкои лук калены стрелы не накладыват.
30 И подымаетца ево доброи конь, аки дым столбом, и скачет чрезь лесы
дремучия, горы и долы меж ног пущает. И как будет под градом Себежем,
услышал тут стук и топот, и конское ржание, крик и шум великои. И проведал
Илъя Муромец, ажно стоят под градом три царевича, а со всяким
царевичам по сту и по тысещи воиску, и хотят Сибирское царство взят,
35 а самаго царя полонит. И тут Илъя Муромец зовет свои переменяет, востраю
саблю вынимает и напущает на всю силу ратную, и побил всех; а трех
царевичев в полон взял и подарил сибирскаму царю.
И сибирскои царь2 спрашивает: «Гои еси ты, доброи молодец! Как
тебя именем зовут, как величают по отчеству и которого города?» Ответ
40 держит доброи молодец: «Меня по имени зовут Илюшкою, а по отчеству
Иванавь сын, уроженец города Мурома». И еще спрашивает сибирскои
царь: «Куда твоя дорога иметца?» Ответ держит Илъя Муромец: «Еду
я ко столному граду Кееву». И сибирскои царь говорит: «Пожалуи, Илъя
Ивановичь, живи ты у меня, и золота козна тебе будет царская не заперта,
45 и дам тебе да полцарсва моего». А Илъя Муромец не соизволяет и спрашивает:
«Куда премая дорога ко граду Кееву, как бы ближе ехат?» И сибирско[и]
царь говорит: «Прямои, государь Илъя Ивановичь, дороги нет
у нас х Киеву, а премая была дорога на Брынския леса, на грязи топучия,
на мосты калиновыя, чрезь реку Смородину; толко та дорога залегла ровно
98
50 тридцать лет. И в те года не один человек не прохаживал, ни зверь не
проры[с]кавал, ни птица не пролетывала, того ради тут зовладел дорогу
Соловеи разбоиник и поныне там живет и з детми своими». И тут б[о]гатырское
серцо разгорелося, поехал премою дорогою х Кееву.
И как будет на мосту калиновом чрезь реку Смородину, напустил на
55 нево Соловеи разбоиник и засвистал своим боготырским посвистом разбоиническим.
И тут под Ыльею Муромцем боготырскои кон спотыкнулси.
И то зговорит Илья Муромец: «Али нету на свете рускои земли!» Ударил
добраго коня своею палицею железною: «Стои ты, волчъя сытост,
травеннои мешек, стои ты, не спотыкаися от такои леснои пагулицы чучелы!»
60 И вынимает свои крепкои лук из налушника, калену стрелу ис колчана,
и, натенувши, выстрелил в Соловья разбоиника. И попал ему в правои
глась. И Соловеи разбоиник упал на землю, аки са 12 дубов, аки
болше сноп на землю. Илья Муромец подскачил, и сел у Соловья разбоиника
на белых грудех, и хочет у нево вынут ретиво серцо. И возмолица
65 Соловеи разбоиник: «Гои еси ты, силны богатырь Илъя Муромец сын
Ивановичь! Оставь душу на покаяние». И что зговорит Илъя Муромец:
«Где вся твоя, Соловеи3 разбоиник, золота козна лежит?» И Соловеи
разбоиник отвещает: «Моя золота козна лежит в моих селах Кутузовых.
А гонцы гоняют по 2 месяца до тех сел, а скоро н[а]скоро — в оди[н] месец».
70 И тут Илъя Муромец привязывает Соловья разбоиника к своему стремену
булатному. И как будут пот селами Кутозовами, зов[и]дели Соловьевы
12 сыновь и говорят: «Вон наш батюшка едет, а вь тороках везет добрава
малатца у стремени привязоно». И болше[и] сын говорит: «То едет
Илъя Муромец, а в тороках ведет нашево батюшку». И тут дети пометалися
75 в кладовую горницу в золоту козну, и девают на себе ружье богатырския,
и хотят с Ылею Муромцем повоеват. И Соловеи говорит: «Государи
мои детушки, не дражните вы добраго молотца, зовите вы ево к себе хлеба
кушет и сожаитя ево за сталы дубовы и за ествы сахорныя».
А Илъя Муромец поворотил своим добрым конем ко граду Кееву, ко
80 князю Владимеру. И как будет под градом Кеевом, и скачет чрезь стену
белу каменую, прямо едет во дворец, не докладоваючи и шапки не снимаючи.
И у дворца поставил своего коня богатырскаго и Соловъя разбоиника
привязана, и сам пошел во дворец, княженецкия полаты.
И вошел молитца чудотворным образам, а князю Владимеру нискои поклон,
85 а после поклонился на все четыре стороны. И князь Владимерь кеевско[и]
спрашивает: «Как тебе, добро[и] молодец, именем зовут и как величают
по [о]течеству, ис которого города и давн[о] л из города?» Ответ
держит доброи молодец: «Зовут, государь, меня Илюшкою, а по [о]течеству
Иванов сынь, уроженец города Мурома, а из Мурома воскресную заутреню».
90 И князь Владимерь усмехаетца: «Что ты, Илъя, вреш и не свое
говориш! Не твоиския у меня гонцы — гоняют ровно два месеца, а скоро
наскоро — в один месец ис Кеева в Муром».
Илъя Муромец гов[о]р[и]т: «Да еще, государь мои, две на меня притчины
были и беды великия на дороги. Изволитя выслушат, и скажу вашему
95 величеству. Отслушал я в Муроме заутреню воскресную, а дорогую
завет я положил на себя, чтоп и[з] ножен сабли не вынимат и на крепко[и]
лук калены стрелы не накладыват.
И приехал я под градь Себежь сибирскои, и тут стояли три царевича,
а со всяким царевичам силы по сту и по тысещи воискои, и хоте тот град
100 по руку свою взят, а самаго царя сибирскаго полонит. И тут я силу всю
порубил, а трех царевиче[в] вь полон взял и подарил сибирскаму царю
Веспасиону.
99
А другая притчина: как буду я на мосту колиновом, на реке Смородине,
напустил на меня Соловеи разбоиник и засвистал он своим разбоиническим
105 посвистом. И подо мною кон спотыкнулся от того посвисту, и
я прострелил Соловья в правои глас, и привесь ево с сабою для подлинаго
известия. И ныне он у вашева величества у дворца обретаеца».
К князь Владимерь выгленул из акошечка, увидел Соловья разбоиника,
весма стал весел и велел ему засвистат своим разбоиническим посвистам.
110 И Соловеи разбоиник ответ держит: «Не твои, сударь, я слуга и
холоп, и не слушаю тебя, а слушаю я сваего государя, силнаго богатыря
Илью Муромца». Илъя Муромец велел зосвистат. И засвистал Соловеи
разбоиник. И тут у господь и у богатыреи креслы подломилися, а у князя
Владимера стула подламилася, и сам поволилси.
115 И тут стал весма радостен, и возговорит таково слово: «Тебе у меня,
Илъя Муромец, золота козна не заперта, бери сколко изволиш; и конюшни
не заперты, и веди, в каторою хочиш, и лошедеи бери колко изволиш, и
поежаи куды изволиш; и погреба тебе не заперты».
И да ради такои великои радости, что прочистил дорогу великаю, князь
120 Владимерь кеевскои укозал учинит великои банкет, и подарил Илью Муромца
великими дорами, и весма благодарил ево. И веселились немалое
время.
А повеселились, захотел Илъя Муромец сын Ивановичь погуляти, по
чистому полю разежати, и отпросился у князя Владимера. И князь Владимерь
125 кеевскои подарил ему слугу вернова, богатыря именем Торопа, и отпустил
ево с честию и велел [с] собою взят 100 червоных денех и всяких
доспех богатырских. И слуга ево вернои Тороп оседлал конеи богатырских,
а под Ылъею Муромцем седлает седелечко черкаское, поджъи бухарския,
у седла подпруги шелковыя, пряжечки серебреныя, спенечки у пряжечках
130 и у стременах булатныя. А сам приговаревает: «Шелку не рватца,
а булату не ломатца, а чистому серебру не ржавиет».
И поехал и[з] славного города Кеева, перескакивает чрез стену белу
камену. И подымаетца ево доброи конь, аки дым столбом. И поехал далече
в чистое поле за горы высокия, за лесы за темныя. Скакали пониже облака
135 ходячего, повыше лесу [с]тоячева, горы и долы промеж ног пускали.
И приехали на чистое поле, и тут ставили шетры полотняныя. И стал
молодец Илъя Муромец 3 дни и 3 нощи спал, а слуга ево Тороп на карауле
стоял. И слышит в поле далече конскои топот, и ржание, и челов[е]ческои
шум, и крик великои, и будит Илъю Муромца. И тут вставает молодец,
140 умываеца водою кл[ю]чевою, утираеца полотенечком, молица чудотворным
образом и поклоняется на все четыре стороны, а сам возговорит
токово слово: «Хотя я долго спал, да в пору устал и на средь поспел».
И приказывает своему верному слуге Торопу, чтоп поехал далече в чистое
поле, чтоп осведамился, нет ли какои силы, не идут ли на светую Русь.
145 И слуга скоро побежал и, не добежавши силы, испугался, скоро возратился
назат. «Гои еси ты, государь мои батюшко, Илъя Муромец сын
Ивановичь! Идет сила великая звериная на светую4 Русь. Напередь идет
страшен и люты зверь. И[з] роту идет у него огон поломя, а из ноздреи
у зверя части искарки сыплют, из ушеи у зверя, аки дым столбом». И то
150 зговорит тут Илъя Муромец сын Ивановичь: «Гои еси ты, слуга мои вернои
Тороп! Сила у тебе ест противь меня, а скоро пужаеся! Вит тут идет
в поле Тухман царь со своею силою босурнинскою, а не стадо звериное».
И выходит из белава шетра полотнянава и приказывает седлат добраго
коня своего.
155 И слуга берет скоро доброго коня, кладет на него потничек бухарскои,
100
седлает с[е]делечко черкаское, потягивает под[п]руги шелковыя,
шелку шемоханскаго, пряжечки серебреныя, спенечки у пряжечках
булатныя. И садилси Илъя Муромец на сваего доброго коня, и втыкает
[в] мат сыру землю свое копие мурзамецкое, и повесил на нево свою ширинку
160 митколитную, наказывает своему верному слуге Торопу: «Буде из
моеи ширинки митколитнои потечет кровь горючея, то буду убит доброи
молодец Илъя Муромец сын Ивановичь; будет же ета ширинка миткалитная
висит, как харатия белая, то я живь есть». И прибежал Илъя, <и побил
сперва>5 суперника и недруга царя <Тухмана, а пото>м напускает на
165 всю <силу босурман>скою.
А слуга Тороп про<будился от сна>, взглянул на ширинку <миткалитную
и по>козалась ему, якобы и<дет кровь го>рючая, и содился для по<спешения
на своего> добраго коня и без седла. И <прибежал> к боевои
силе, ажно ездит, шурм<ует> и винтует на коне Илъя Муро<мец> Ивановичь,
170 в платье и во всяком <богаты>рском убранстве. И не познал слуга
Тороп своего господина Илъю Муромца, и збил с коня долои, а отчево
упал на землю. А слуга же Тороп напал на нево, хочит белыя груди вынут,
и вынимает и[з] ножен свое чинжалище, и хочет спорот у нево груди
белыя, а сам говорит таково слово: «Что ты, злодеи Тулман царь, убил
175 моего государя Илъю Муромца, за то тебе скорая смерт жестокоя будет».
Что зговорит Илъя Муромец: «Слуга вернои мои Тороп, я — Илъя Муромец,
<господин твои>. Еще же выскочил на груди <крест золото>и, и признал,
и благим ма<том отскоч>ил от него, и поднял ево <за белы руки>, и
поставил на ноги, и <пад покло>нился ему, и просит прощен<ия, что н>е
180 ведени ушип ево. И то ему <в вину Илья> Муромец не поставил, про<стил,
и цел>овались во уста сахорныя, <сади>лись на добрых конеи и порубили
о<стальн>ую всю силу босурманскою.
И с то<и п>обеды с великою славою возратились во столны градь
Кеевь, ко князю Владимеру к солнышку Всеславичу. И князь Владимерь
185 кеевскои встрел их с великою радостию, с почтением великим и с церемунию
великою, так что не можно здумат а великом их весели и радовании,
что бог дал победу на супостаты и одаления и оборонил от них святую
Русь и от [т]ого поганаго нахождения. И учинил по всем церквам молебное
пение и всенощное бдение всю седмицу. И пошел звон великои <по всему
190 гра>ду Кееву: и в поли пошли по<литавры игрою>, и з барабаным боем, и
со всяко<ю му>зыкою. И <по> царскои великои <радо>сти отдал князь Владимер
<Илье Муромцу> да полъцарсвия своего.
И тут Илъя Муромец <сын Ивановичь> стал жит в всяком благополуч<ии>
и чесности лета доволно, и пожаловал слугу своего великою честию
195 над вс<еми> людми болшим болярином. И привезь из Мурома отца и матерь,
и сам женился, и слугу своево Торопа женил. И жили во всяком благополучии,
в радости и чесности до глубокои старости, и так к последнему
году отидоша, и погребение было славное. И те ж люди миновались, а слава
их до скончания века. Конец.