115
О, ты, владеющий гитарой Трубадура,
Эраты голосом и прелестью Амура,
Воспомни, милый граф, счастливы времена,
Когда нас юношей увидела Двина!
Когда, отвоевав под знаменем Беллоны,
Под знаменем Любви я начал воевать
И новый регламент и новые законы
В глазах прелестницы читать!
Заря весны моей! тебя как не бывало!
10 Но сердце в той стране с любовью отдыхало,
Где я узнал тебя, мой нежный Трубадур!
Обетованный край! где ветреный Амур
Прелестным личиком любезный пол дарует,
Под дымкой на груди лилеи образует
(Какими б и у нас гордилась красота!),
Вливает томный огнь и в очи, и в уста,
А в сердце юное любви прямое чувство.
Счастливые места, где нравиться искусство
Не нужно для мужей,
20 Сидящих с трубками вкруг угольных огней
За сыром выписным, за Гамбургским журналом
Меж тем как жены их, смеясь под опахалом
116
«Люблю, люблю тебя!» пришельцу говорят
И руку жмут ему коварными перстами!
О, мой любезный друг! отдай, отдай назад
Зарю прошедших дней и с прежними бедами,
С любовью и войной!
Или, волшебник мой,
Одушеви мое музы́кой песнопенье;
30 Вдохни огонь любви в холодные слова,
Еще отдай стихам потерянны права
И камни приводить в движенье,
И горы, и леса!
Тогда я с Сильфами взлечу на небеса
И тихо, как призрак, как луч от неба ясный.
Спущусь на берега пологие Двины
С твоей гитарой сладкогласной:
Коснусь волшебныя струны,
Коснусь... и Нимфы гор при месячном сияньи,
40 Как тени легкие в прозрачном одеяньи,
С Сильванами сойдут услышать голос мой.
Наяды робкие, всплывая над водой,
Восплещут белыми руками,
И Майский ветерок, проснувшись на цветах
В прохладных рощах и садах,
Повеет тихими крылами:
С очей прелестных дев он свеет тонкий сон,
Отгонит легки сновиденья
И тихим шопотом им скажет: «Это он!
50 Вы слышите его знакомы песнопенья!»